В Центре международной торговли 6 марта состоялось заседание «Меркурий-клуба» на тему «Инновационное развитие России: роль регионов». Большая часть выступлений, прозвучавших на заседании, была посвящена анализу инновационных возможностей российских регионов, тому, как инновации могут стимулировать развитие экономики во время мирового финансового кризиса и в посткризисный период.
Евгений Примаков: Уделить уже сейчас особое внимание модернизации всей экономики
Заседание «Меркурий-клуба», как всегда, было весьма представительным. Предложенная для дискуссии злободневная тема заинтересовала известных политиков и экономистов, депутатов Госдумы РФ, губернаторов, представителей Администрации Президента РФ и правительства, ученых и журналистов.
Заседание открыл вступительным словом председатель правления клуба, президент ТПП РФ академик РАН, член Клуба «Российский парламентарий» Евгений Примаков.
Инновации – путь к высоким и устойчивым прибылям
Сегодняшнее заседание нашего клуба – исключительно важное по своей тематике, сказал Евгений Примаков. Задача перевода экономики России на инновационные рельсы была весьма актуальна и в докризисный период. Без ее решения невозможна ликвидация сверхзависимости России от конъюнктуры мирового нефтяного рынка. Причем инновационное развитие России пока находится на начальном этапе. Доля промышленных предприятий, осуществляющих разработку и внедрение новых технологий, едва достигла у нас 10 процентов.
Сегодня проблема инновационного развития принимает еще более острый характер. Внешняя торговля, главным образом сырьем, составляет 40 процентов российского ВВП. В условиях мирового экономического кризиса внешний спрос на сырье первого передела, включая нефть и металлы, упал. Без изменения структуры экономики отсутствует возможность найти выход из такой ситуации и за счет внутреннего спроса. Следовательно, при продолжении курса, результатом которого был сырьевой топливно-энергетический крен, нам вряд ли удастся в достаточно короткие сроки найти выход из экономического кризиса. Во всяком случае, тогда будем выходить из кризиса во втором эшелоне, после развитых стран. Речь идет, таким образом, о неотложной задаче – уделить уже сейчас особое внимание модернизации всей экономики и развитию конкурентоспособного наукоемкого производства.
Но и это одна сторона дела. Другая сторона в том, что без перестройки экономики в кризисный период мы будем плестись в хвосте вереницы стран, экономика которых после окончания кризиса будет развиваться на новом технико-технологическом уровне. Это доказано историей развития рыночного хозяйства.
Обычно при наших обсуждениях необходимости перехода к инновационной экономике мы говорим о роли государственного центра – президента, федеральной законодательной и исполнительной власти. Действительно, федеральный центр провозгласил и начал создавать инновационную систему в виде наукоградов, особых экономических зон, технопарков, бизнес-инкубаторов. Действительно и другое: при осуществлении инновационного перевода экономики очень многое зависит от стимулирующей роли вырабатываемой центром налоговой, амортизационной, таможенной, бюджетной политики, других прямых и косвенных мер центра, направленных на то, чтобы возбудить интерес предпринимателей к перестройке производства. Хочу подчеркнуть: жизнь доказала, что без интереса предпринимателей разрабатывать и вводить в производство новые технологии, новую технику инновационное развитие России, как и любой другой страны, немыслимо. Не буду подробно останавливаться на этом. Скажу лишь, что меры, предпринимаемые государством, должны расположить предпринимательское сообщество к выводу о том, что инновации – путь к высоким и устойчивым прибылям.
Однако, говоря о государственном воздействии на перевод российской экономики на инновационные рельсы, мы не можем оставлять за скобками роль государственной власти на уровне субъектов Федерации и муниципалитетов. Более того, такой подход явно неполноценен в условиях, когда экономическая роль местных властей увеличивается и будет еще больше расти по мере экономической децентрализации в России. А объективная необходимость этого очевидна.
Судя по количеству и качеству записавшихся для выступлений в нашей дискуссии, именно этот региональный аспект проблемы инновационного развития своевременно поставлен на обсуждение в «Меркурий-клубе».
Несомненно, во время обсуждения будут затронуты вопросы, решение которых зависит от центральных властей. Это естественно. Несомненно, что на нашем форуме будут говорить и о том, как с наименьшими потерями пережить кризис. Это тоже естественно. Но хотелось бы наряду с этим, а может быть в первую очередь, услышать сегодня, что можно и нужно делать на местах для того, чтобы сформировать интерес предпринимателей к инновациям, развить венчурное направление в экономике, определить точки ее роста. Для этого необходимо иметь региональную инновационную политику и, что не менее важно, – радикально улучшить условия жизнедеятельности на территориях, где сосредоточены научно-технические кадры. Конечно, при этом в стороне не могут остаться проблемы тесного сотрудничества по вопросам инновационного развития между центром и периферией. Необходимы уточнения и в сфере разделения функций (например, увеличение на местах полномочий по выработке условий для инвесторов в наукоемкое производство), и корректировка нынешнего бюджетного федерализма, и переориентация местных бюджетов. Переход России на инновационные рельсы не может не сопровождаться борьбой против рейдерства, осуществляемого в регионах крупными банками (такие случаи были зафиксированы на Урале, в Саратовской области), устранением причин, мешающих развитию венчурного предпринимательства и так далее.
И самое главное – я призываю не к простой констатации трудностей, а к предложениям по их преодолению.
Нужна продуманная кластерная политика
Федеральным законом к полномочиям органов государственной власти субъектов Российской Федерации отнесены организация и осуществление региональных научно-технических и инновационных программ и проектов, в том числе научными организациями, отметил Дмитрий Аратский, заместитель министра регионального развития РФ.
В Российской Федерации стратегии социально-экономического развития утверждены в 54 регионах, в 29 ведется их разработка. Эти стратегические решения должны находить отражение в региональных законах, регулирующих инновационную деятельность. Примерами могут служить законы Томской области об инновационной деятельности, Кемеровской области – о технопарках и об инновационной политике, законы Омской области об инновационной деятельности и другие.
Дмитрий Аратский сообщил, что в качестве организационных механизмов управления инновационной деятельностью в субъектах Российской Федерации формируются межведомственные организационные структуры. Они опираются на базовую сеть научно-исследовательских центров и частную предпринимательскую инновационную среду.
С этой средой, по мнению заместителя министра, должна быть тесно связана система начального, среднего и высшего образования на основе новых образовательных технологий. В этом определенный опыт накоплен, например, в Магаданской области.
Практика показывает, что наряду с тем, что формируется хорошо структурированная эффективная среда для развития инноваций, регионы уже сегодня имеют возможность и используют мощный арсенал средств поддержки инновационной деятельности в формировании инновационной среды. В качестве основных механизмов для этого они используют создание научной и социальной инфраструктуры в рамках технопарков промышленно-производственных и технико-внедренческих зон, формирование наукоградов, бизнес-инкубаторов с инновационной ориентацией. Важную роль призваны сыграть механизмы налоговой и финансово-кредитной поддержки в разработке и внедрении инновационных технологий.
В перспективе, считает Дмитрий Аратский, нужно переходить к проведению продуманной кластерной политики в регионах, так как сегодня этот процесс находится в зачаточном состоянии. По существу, регионы должны определить, какие кластеры имеют перспективы развития на территории региона, спрогнозировать их возможную структуру, которая могла бы включать производство в базовых отраслях, смежную с ними специализацию, например, производство необходимых машин и оборудования, организацию высоких степеней производства продукции, инновационные структуры, подготовку кадров, различные сервисы.
На федеральном уровне поддержка региональных инициатив по развитию инноваций должна стать составляющей системы государственного стратегического планирования социально-экономического и пространственного развития, эффективной региональной политики, направленной на концентрацию ресурсов в приоритетных экономических специализациях каждого региона, наращивания собственных возможностей регионов по развитию базовых отраслей экономики в инновационных условиях.
Долгосрочно планировать развитие отраслей
Переход на инновационное развитие – это реальный путь, который сегодня уже всеми осознан, и все согласились, что это делать необходимо, заявил Юрий Росляк, первый заместитель мэра Москвы в правительстве Москвы.
Москва – город дорогой и с точки зрения энергетического обеспечения, и с точки зрения стоимости земельных и иных ресурсов. В московском правительстве понимают, что только ориентация на производство высокотехнологической конкуренто-способной продукции, продукции с высоким уровнем добавленной стоимости – это перспектива для науки и промышленности в столичном регионе.
Город активно участвует в создании инфраструктуры, которая может дать дополнительные условия для развития инновационного бизнеса, инновационных направлений.
Создается целевой фонд, который должен поддерживать не только городские, но и национальные приоритеты развития инновационной деятельности с объемом годового финансирования не менее 1,5 миллиардов.
В Москве реализуется проект особой экономической зоны в технико-внедренческом варианте. Такие новые направления, как информационные технологии, нанотехнологии, биотехнологии, дают возможность рассчитывать, что это будет эффективный проект. В этом году, несмотря на кризис, правительство Москвы планирует закончить все, что связано с инфраструктурной частью подготовки этой территории для освоения. На сегодня более 30 резидентов уже заявлены для работы в этой части.
Активно используются и кластерные системы. В частности, создается кластер двигателестроения Российской Федерации. Это очень перспективная тема. Но, скорее всего, сегодня нужно говорить о том, чего в этом процессе не хватает.
Инновационные процессы нельзя относить только к компетенции Минрегиона. В российском государстве на законодательном уровне в обязательном порядке нужно решить несколько принципиальных проблем. Речь идет о долгосрочном планировании, о долгосрочном развитии. Это абсолютно правильная постановка вопроса. Но инструментов, которые бы ввели это все в системную работу, к сожалению, на сегодня нет. Много лет уже говорим о том, что нужно доработать на абсолютно новых принципах Федеральный закон о прогнозировании. Много лет уже говорится и о том, что должен быть нормальный закон о промышленной и научной политике в российском государстве, без которого невозможно выстроить директивные указания об инновационной деятельности. Должны быть четко определены те направления научно-технической политики, которые являются приоритетными, а также определена ответственность государства в развитии соответствующей отрасли. До тех пор, пока мы не обратимся к отраслевому принципу в нашем прогнозировании, мы будем ограничиваться проведением круглых столов и дальше этого не продвинемся, считает Юрий Росляк.
Не может быть самостоятельного планирования и поддержки инновационной деятельности только на уровне субъекта Федерации. Это утопия. В этом деле нужен баланс, который должен определять: где, в каком регионе, с учетом какого научного потенциала выгодно заниматься тем или иным делом. И субъект должен понимать, что он, специализируясь на определенном направлении, берет на себя ответственность за удовлетворение как минимум национального спроса, а в целом может быть и за борьбу на конкурентном рынке с учетом использования этих наработок в мировом экономическом пространстве. Без процедуры согласования этих стратегических документов получить нормальный позитивный результат невозможно.
И в кризис развивать экономику знаний
Оксана Козловская, первый заместитель губернатора Томской области, считает, что за прошедшие годы в России сделан шаг вперед в развитии инновационной экономики. Примерно в 30 регионах объявили о намерении развивать инновационный сектор.
И все же диагноз на инновационность не столь уж оптимистичен: только 5-6 регионов из тех самых 30, по оценке экспертов Высшей школы экономики, готовы к переходу на инновационный путь развития.
Конечно же, в ситуацию с развитием инновационных предприятий внес свою лепту и финансовый мировой кризис. К примеру, резиденты Томской технико-экономической зоны (а их сегодня уже 37), которые планировали строительство корпусов под частные инвестиции с привлечением кредитов, сегодня остановились. Решения, которые принимаются на уровне правительства, Государственной Думы о поддержке предприятий малого и среднего бизнеса, абсолютно правильны. Только почему-то эти решения приобретают какой-то абсолютно искаженный для нашего времени характер, заявила Оксана Козловская. В частности, за деньги, которые малые и средние предприятия сегодня могут получить через Внешэкономбанк, они должны заплатить в регионе 28–30 процентов.
«Совсем недавно я присутствовала на одной встрече, где принимали участие депутаты Государственной Думы, – рассказала Оксана Козловская. – Там шло как раз обсуждение того, как принятые на уровне Федерального центра антикризисные меры работают в регионах России. Так вот, я с удивлением услышала от нескольких человек о том, что в сложившейся ситуации надо вообще забыть об инновациях и дай Бог, чтобы до конца года нам было бы на что лекарства для больных купить. Мне кажется, что такая позиция сама по себе порочна. Зачастую развитие инноваций определяется не только наличием больших денег. Россия не может отказаться от стратегии перехода на инновационный путь развития. Скорее надо ставить вопрос об усилении реальных шагов по развитию экономики знаний».
Кризис, кстати, в мире ассоциируют с поиском конкурентоспособных технологий, а в России на многих ключевых предприятиях, в том числе и государственных, при определении приоритетов в первую очередь идет отказ от затрат на перевооружение, НИОКР, переподготовку персонала. Приблизительно так же ведет себя сегодня и бюджет. Мы провели исследование в одной из отраслей и с удивлением увидели, что устойчивость инновационных предприятий оказалась существенно выше. Кстати, и инвестиции в основной капитал на инновационных предприятиях также пока резко не сокращаются.
В Томске именно университеты создают инновационную среду. Она очень важна, так как защищает производство от повсеместного распространения отверточных инновационных технологий и обеспечивает постоянную генерацию идей новых технологий и продуктов.
Многие из известных не только в Томске, но и в России предприятий были созданы выпускниками томских университетов. Для томской области сохранение и развитие интеллектуального потенциала – главный приоритет.
Какие проблемы требуют первоочередного решения?
В России так и не создана законодательная база для инновационной деятельности. Поэтому многие томские ректоры шутят, что они вне закона. Даже в само понятие «инновации» часто вкладывается разный смысл, поэтому и перспектива качества развития российских регионов с точки зрения инновационного потенциала почти не оценивается.
Часто слышатся призывы о том, что все регионы должны стать инновационными. На самом деле эта идея вряд ли реализуема, скорее, нужно выделять инновационно активные территории, то есть тех, кто самостоятельно генерирует и производит инновации, продукты, которых нет на рынке.
Пока нет законодательной базы, невозможна и общенациональная программа перехода от сырьевой экономики к экономике знаний.
Опыт показывает, что такие задачи эффективно решаются только через комплексные проекты по приоритетным направлениям развития мировой экономики по заказам бизнеса. В этом году томские университеты закончат 13 тысяч выпускников. Вот здесь как нельзя кстати было бы изменение федерального закона, который бы позволил университетам совместно с инновационными компаниями создавать новые инновационные предприятия, участвовать в их капитале, создавать новые рабочие места.
Не может быть «усредненной» региональной политики
«Во все тяжелые времена в последнее столетие, как только в стране начинался кризис, осуществлялась децентрализация управления. Это было в 20-е годы, во время Великой Отечественной войны, в период восстановления, это было в 1998 году, это, по-моему, происходит и сейчас», – сказал Сергей Валентей, руководитель Центра социально-экономических проблем федерализма Института экономики РАН.
Но, на его взгляд, мы упрощаем проблему, сводя экономику инноваций к неким точкам роста, к неким отдельным предприятиям. На самом деле, если всерьез формировать экономику инноваций, нужно отдавать себе отчет в том, что по масштабам этот проект превосходит проект индустриализации Советского Союза.
Между Российской Федерацией и субъектами Федерации поделены не полномочия, а предметы ведения, поэтому не могут приниматься законы только наверху и не приниматься и не реализовываться на региональном уровне.
Сегодня субъекты Федерации по сути дела лишены полномочий по осуществлению как инвестиционной, так и инновационной политики. Они обладают очень небольшими полномочиями. Как результат, ряд субъектов Федерации просто выпадает из инвестиционной и инновационной политики. Это означает, что в Российской Федерации не может быть «усредненной» региональной политики.
До недавнего времени в России осуществлялось выравнивание субъектов Федерации, то есть предпринималась попытка закрасить все одним цветом. Каким образом это осуществлялось? Из регионов-доноров изымались средства, регионам-реципиентам их передавали. Результат этой политики? Субъекты, регионы-доноры не заинтересованы в зарабатывании денег, регионы-реципиенты превращаются в нахлебников: они также не заинтересованы в зарабатывании денег. Другими словами, это модель равенства в бедности, модель не реального экономического выравнивания, а создания условий для того, чтобы население просто не умерло с голоду, не бунтовало.
Правительство осознало пагубность этой линии, и сейчас идет поиск новой стратегии, то есть новой региональной политики. Но дело в том, что на пути осуществления этой политики имеется несколько препятствий. Они, по мнению оратора, заключаются в следующем.
Первое препятствие. Регионы по-разному адаптируются к рыночным преобразованиям. Любой, кто занимается региональной экономикой, это прекрасно знает.
Второе препятствие. Экономические различия между регионами, если говорить об инновационной активности, имеют технологический характер, а выравнивание инновационного потенциала регионов, если он имеет технологический характер, технически невозможно: одно дело – ткацкие фабрики, другое дело – металлургический завод. И в том случае когда говорят: «Давайте выравнивать экономический потенциал регионов, везде создавать одинаковый инновационный климат», пытаются решить задачу квадратуры круга, которая, как известно, не имеет решения. Это неправильная постановка вопроса.
Третье препятствие. В России существует ряд регионов, где в принципе невозможно производить инновационный продукт: для этого нет экономической базы. Надо с этими регионами что-то делать.
Четвертое препятствие. Это проблема кадров. Надо учитывать территориальную неоднородность в распределении кадров. Экономика и инновация – это экономика знаний. Мы можем закупить любую технику, но у нас на этой технике просто некому работать.
Таким образом, нужно признать, что если страна движется по пути формирования экономики инноваций, она должна осуществлять это движение в пространстве, где регионы различаются ступенями экономического развития. Это принципиально важно. В этом случае нужно осуществить типизацию регионов и типизацию региональной экономической политики.
У нас произошел отрыв норм права от реальной экономики. Нормы права не соответствуют реалиям: кое-где они опережают, а кое-где отстают. Однако самое важное – у нас имеет место «матрешечное» восприятие пространства, будто маленький регион просто вложен в большой регион.
Какой вывод из этого следует? Нельзя думать, что можно выработать единую модель поведения, единую систему законодательных актов – и одинаковая система решений будет эффективной. Это совершенно не так. Это в принципе невозможно.
К чему мы сегодня приходим? Говорят, мол, давайте разместим на территории различных регионов различные предприятия, и тогда пойдет экономика инноваций. Никогда этого не получится, это невозможно. Это отраслевой путь развития: регионы выброшены из этого процесса.
Региональная политика в сфере инновационного развития должна базироваться на системе дифференцированных мер, которые распространяются и на муниципальный уровень, потому что муниципалитеты тоже разные. Таким образом необходимо выстроить и наше законодательство.
Российский экспорт технологий равен нулю
Федеральный центр и регионы много сделали для создания инновационной экономики. Созданы институты развития, Роснанотех, технико-внедренческие и промышленно-производственные особые экономические зоны, около 800 технопарков, центров трансферта технологий, бизнес-инкубаторов. У нас имеются прекрасные научные коллективы и коллективы новаторов. В этом – наши конкурентные преимущества, отметил Евгений Фёдоров, председатель Комитета Государственной Думы Российской Федерации по экономической политике и предпринимательству.
Чем системно отличаются страны с инновационной экономикой от российской? Только одним: в России нет рынка оборота интеллектуальной собственности, нематериальных активов. В европейских странах с развитой инновационной экономикой, в Соединенных Штатах Америки от 40 до 70 процентов составляют нематериальные активы, которые являются рыночными носителями, агентами, кровью рынка инновационных технологий и рынка вообще в этой сфере. У нас, по данным Счетной палаты, нематериальные активы составляют 0,3 процента. Да практически это труп, в нем нет крови, по жилам ничего не течет.
Тогда возникает другой вопрос: почему нет рынка интеллектуальной собственности? А потому, что нет статуса интеллектуальной собственности, причем этот статус должен иметь, естественно, международный характер, это специфика инновационного рынка, он не может быть национальным в отличие, допустим, от статуса собственности для той же недвижимости, которая теоретически может быть национального характера.
И еще одно – системное законодательство. Эти выводы впрямую содержатся в антикризисном постановлении Государственной Думы, которое было принято две недели назад. Именно поэтому российский бизнес ввозит высокотехнологичное оборудование.
В сфере собственности надо менять Гражданский кодекс, федеральные законы об оценочной деятельности, о техническом регулировании, о коммерческой тайне, защите конкуренции, науке, государственной научно-технической политике, бухучете, официальном статистическом учете системы госстатистики, корпоративное право и большое количество других нормативных актов. Нужна разработка госпрограммы национальной инновационной системы, то есть надо фактически запустить в оборот статусную собственность. Мало того, кроме принятия всех этих законодательств, надо будет либо через экономический механизм, либо через межгосударственный обеспечить статус этой интеллектуальной собственности и в масштабе мировой экономики.
Это, по сути, экономическая революция в сравнении с 90-ми годами. Это другой тип экономики.
Помощь до реальной экономики не доходит
В начале своего выступления Геннадий Зюганов, руководитель фракции КПРФ в Госдуме, член Совета Парламентского клуба ГД РФ, привёл высказывание А.М. Горького, который говорил, что «если в голове сумбур, то и в делах чепуха».
Инновационное развитие давно «стучится» в дверь всех государств, но, к сожалению, разра-зился невиданный кризис, заявил лидер КПРФ, ни американцы, ни европейцы, ни тем более Россия не оказались готовыми к переходу на новый тип экономики.
Что касается ситуации, то она развивается пока от плохого к худшему. И развивается довольно драматически. «Я недавно почти пять часов обсуждал с президентом меры, которые можно предпринять, чтобы хотя бы затормозить негативные процессы, – рассказал Геннадий Зюганов. – До Первой мировой войны было 12 кризисов, два кризиса закончились мировыми войнами. Нынешний кризис по своему характеру еще более опасный и сложный, чем два предыдущих. Сегодня не оказалось ни одной экономики, по которой больно не ударил бы этот кризис. Финансовый экономический «пузырь» и тип капитализма, который под руководством доллара строился последние 50 лет, рухнул навсегда, и никакая финансовая заплатка его не спасет.
Золотовалютный «дождь», который лился на Россию, иссяк: резервы утекают со скоростью примерно 40–45 миллиардов в месяц. Мы уже 217 миллиардов «профукали», а ни одного негативного процесса в развитии экономики не остановили: из тех 7 триллионов рублей, которые были потрачены за последнее время, ни одной копейки не дошло до реального производства и малого бизнеса.
Тут нужна прежде всего иная бюджетная политика. Сейчас поручено пересматривать бюджет. Сначала его урезали на 15 процентов, потом еще на 15, на 30. Если отбросить защищенные статьи, наверно, на пятую часть уже урезано, но конца этому не видать.
Кстати, депрессионные регионы чувствуют себя сегодня легче, потому что они привыкли «кувыркаться» и особо не работали, пострадали те, кто работал и получал. Вот если бы из тех
600 миллиардов, которые были в заначке у Кудрина, он хотя бы 300 вложил в новые технологии, новые производства и инновации, то мы имели бы все необходимое для замкнутого цикла, по крайней мере, на порядок спокойнее переживали бы нынешние и завтрашние потрясения.
Если мы не вложимся в производство, малый и средний бизнес рухнет, остановятся стройки. Даже Москва-Сити стоит. А в это время три миллиона гастарбайтеров бегают вокруг Москвы без куска хлеба и без билета на обратную дорогу. Поэтому идет цепная реакция краж. Преступность растет на глазах.
Сейчас, при пересмотре бюджета, очень важно все это учесть и отработать механизм поддержки всех талантливых людей, всех новых технологий, всех, кто умеет и желает работать, а для этого нужны принципиальные изменения в финансовой экономической политике.
Как оценить эффективность инновационной политики
Вопрос об инновационной политике нужно ставить более системно. Постановка вопроса должна заключаться в оценке эффективности региональной инновационной политики. Таково мнение Натальи Ивановой, заместителя директора Института мировой экономики и международных отношений.
Вопрос оценки эффективности региональной политики концептуально непрост, он методологически запутан. Зачем нужно проводить оценку инновационной политики? Если мы сами не организуем работу по оценке эффективности инновационной политики, то это за нас сделают другие.
Есть несколько цифр из всемирного рейтинга глобальной конкурентоспособности России. Это последние данные за 2008 год. Здесь две новости. Как всегда, одна хорошая, другая плохая.
Общий рейтинг России существенно улучшился в 2008 году по сравнению с 2007 годом. Наметившийся прорыв не случаен, и в том числе благодаря тому, что многие регионы реально взялись за инновационную политику. Вместе с тем по качеству государственного управления ситуация у нас ухудшилась.
В США, кстати, закона об инновационной деятельности, о национальной инновационной системе нет до сих пор.
Коррекция политики и выработка новых законов – это то, что практически отсутствует, и то, чем нужно заниматься. Нужна разработка принципов оценки. В институте есть опыт выполнения этого проекта, в котором, кстати говоря, оценивалась политика и на национальном уровне, и на региональном, по европейской методологии. Он говорит о том, что не такие у нас плохие результаты. И уровень оценки нашей инновационной политики показывает, что у нас уже используются почти все возможные инструменты. Однако это не работает. Например, у нас плохо развивается малый инновационный бизнес. Мы смотрим, какие приняты меры. Почему меры неадекватны? Значит, нужно их пересматривать.
Совместные действия требуют координации
Формирование и развитие инновационной экономики – приоритетная задача правительства Республики Татарстан. Она закреплена в соответствующих программах, принятых правительством, в Инновационном меморандуме, в ряде других документов, заявил Борис Павлов, первый заместитель премьер-министра Республики Татарстан.
Безусловно, в современных условиях есть дополнительные проблемы. Сегодня и завтра нам необходимо обеспечить реализацию инновационного сценария развития экономики как в России в целом, так и в регионах. А вместе с тем сегодня есть необходимость поддержки региональных предприятий в кризисных условиях.
Сочетание этих двух задач, безусловно, требует дополнительных источников финансирования, необходима координация решения текущих и перспективных задач.
Каковы основные проблемы в этом вопросе? Прежде всего, это конкурентность рынка и сложность создания бизнеса с нуля, неразвитость институтов развития для инновационного бизнеса, риски неустойчивости платежного баланса, риски инфляционных скачков, нарастание дисбаланса в пенсионной системе.
Недостаточная капитализация бизнеса, неэффективный менеджмент, слабая самоорганизация бизнеса, технологическое отставание – это проблемы, которые сегодня необходимо решать. И, конечно, решать проблемы усиления дефицита трудовых ресурсов, роста социального и регионального неравенства, низкой эффективности образования, здравоохранения.
В условиях финансового кризиса необходимо сознательно поступиться фискальными интересами государства и расходовать резервы государства, в том числе и золотовалютные, в целях поддержания экономической активности бизнеса и даже его наращивания. Необходимо обеспечить облегчение условий хозяйствования, включая меры по снижению процентных ставок и налогового бремени, поддержки межбанковского кредитования, обеспечить частичное возмещение затрат по уплате процентов по кредитам за счет предоставляемых субсидий, выделить определенным банкам на возмездной основе бюджетные средства для поддержания ликвидности, предоставить предприятиям государственные гарантии и налоговые кредиты, использовать бюджетные средства для проведения конкретных лизинговых операций при государственных закупках, выделять средства на поддержку малого и среднего бизнеса.
Важно, чтобы средства, которые заложены в объемах финансирования инновационных проектов, не отбирались, а, наоборот, были бы сохранены и направлены на те проекты, которые запланированы, в том числе и в регионах Российской Федерации.
Закон нужен – закон будет!
В настоящее время в Комитете по науке Государственной Думы разрабатывается закон об инновационной системе Российской Федерации, сообщила Екатерина Попова, помощник руководителя Администрации Президента Российской Федерации.
Этот закон особенно необходим для разработки региональной политики. Аналогичные законы приняты во всех развитых странах мира. В этом отношении нельзя согласиться с информацией Натальи Ивановой о том, что в США такого закона нет. Он есть. Это закон Стивенсона-Уайдлера, который принят почти тридцать лет назад. Он узаконил очень важные моменты, которые до сих пор не определены в нашей инновационной политике.
Просто позорное явление, что мы говорим об инновационном развитии России, а у нас нет законодательного определения понятия «инновации». Мы должны гармонизировать этот закон с международным законодательством, ввести понятие «инновации». Во всех промышленно развитых странах мира этот вопрос решен уже давно.
Необходимо закрепить это все на законодательном уровне, определить понятие «инновационная деятельность», «национальная инновационная система», «региональная инновационная система». Необходимо четко определить роль органов государственной власти.
В настоящее время в регионах существует множество законов об инновационной деятельности. Но это как раз говорит в пользу принятия единого закона, чтобы уйти от 50 местечковых политик, когда в регионах по-разному понимают проблему инновационной политики, инновационной деятельности.
Сделано немало, предстоит – еще больше
Известно, что от малых и средних инновационных предприятий зависит, как скоро разработка или изобретение, которое выполнено в стенах какого-то НИИ, будет внедрена в производство, сказал Алексей Костров, генеральный директор Агентства по развитию инновационного предпринимательства.
В своей работе агентство пошло по пути создания условий для малых предприятий по всем видам ресурсов. Что уже сделано? Фактически запущен полный цикл финансовой поддержки малых и средних инновационных предприятий. Есть субсидии, которые предоставляются как долевое софинансирование расходов. Причем выдаются субсидии по всему циклу – на патентование разработок, создание опытного или демонстрационного образца, участие в специализированных мероприятиях по продвижению инновационной продукции.
Агентство участвует в создании региональных венчурных фондов. Создан и гарантийный фонд.
Начали свою деятельность два бизнес-инкубатора, которые предоставляют льготные условия для малых предприятий, осуществляются программы обучения с учетом того, что нехватка квалифицированных кадров – большая проблема для инновационной сферы.
Что сейчас необходимо решить? В последние годы появилось достаточно большое количество венчурных фондов как частно-государственных, так и государственных. Но между этими двумя институтами огромная пропасть. И очень редко малому и среднему предприятию удается перейти из одной стадии, когда он получил субсидию, к другой, когда он готов к получению венчурных инвестиций.